Радофинниково - Кастенская

Первоначально решили начинать маршрут от любимой в последнее время станции Ёглино. Однако, изучение карт, поиск отчетов и описаний заставил изменить и расширить маршрут. Вместо не очень интересного пути по старой насыпи бывшей железной дороги Чудово-Веймарн и потом под проводами огромной ЛЭП 750 кВ мы решили пройти правым берегом реки Тосны от самой железной дороги Новгород-Новолисино. Для этого пришлось ехать на новгородском поезде на одну станцию дальше до Радофинниково и потом вернуться вдоль железной дороги до моста через Тосну.

Отъезд

Имея опыт посадки в подобные поезда, мы решили собраться на Витебском вокзале намного раньше его отправления: перестраховаться и постараться избежать давки в кассах и при посадке. Однако именно в эту субботу оказалось, что все работает на нас. Касс было открыто столько, что в них стояло по два-три человека, а крайняя неприметная касса и вовсе была пуста. Поезд подали под посадку задолго до его отправления. И это тоже было необычно. Раньше он стоял у перрона с закрытыми дверями. Минут за 15 до отправления двери открывались, и в них вставали проводники, проверяющие билеты. А тут… поезд стоит, двери открыты, билеты никто не проверяет. Чудеса, да и только.

Начало пути

Три часа пути - и перед нами поселок Радофинниково. От станции вдоль железнодорожного полотна, затянутого сплошным ковром белых цветочков, мы пошли к Тосне. Здесь насыпь песчаная, щебенки нет, идти довольно легко.

Через четыре километра мы подошли к железнодорожному мосту. Слева от него, на правом берегу реки Тосны на карте отмечена братская могила. Это один из объектов, ради которого мы изменили маршрут. Однако нам с ним не повезло. На местности найти ничего не удалось. Небольшой лужок, куст в центре и пара оплывших и заросших ям. Ямы можно трактовать как угодно. И как раскопанные могилы, и как техногенные следы.

Станция Радофинниково. Вид в сторону Новолисино.	Станция Радофинниково. Вид в сторону Новгорода.	Место, где была обозначена братская могила.

У моста первый привал. Достали термосы и бутерброды. Проехавший следующий поезд на Новгород дружелюбно погудел нашей компании.

В лес от моста вдоль Тосны уходит еле приметная тропинка. Проходим по ней несколько десятков метров, продираемся сквозь кусты и оказываемся на берегу небольшого притока Тосны - речки Солуя. Здесь с переправой особо мучиться не приходится. Поперек лежат поваленные деревья. Мы довольно быстро переходим и углубляемся дальше в лес. Скоро откуда-то справа выворачивает сильно заросшая лесная дорога. Судя по карте, она должна идти вдоль берега Тосны, упорно повторяя ее изгибы.

Сначала вдоль берега идут заброшенные и постепенно зарастающие луга, разделенные короткими зарослями кустов. Там, где лес вплотную подступает к реке, дорога немного отходит от берега. Идти в таких местах по дороге довольно сложно. Ветки и стволы загнутых прошлой зимой молодых деревьев и кустов перекрывают дорогу. Старые колеи и ямы на дороге залиты водой. В окружающем лесу не лучше. Почва в этих местах глинистая и вода не уходит. Даже на открытых лугах сыро.

Второй привал. Мы шли почти час, а прошли менее двух километров от моста. Это удручает.

Снова идем вперед. Луга вдоль реки стали немного посуше. Исчезла неизвестно откуда взявшаяся на них кочковатость. Обычно такое бывает на коровьих выгонах. А тут лес, давно заброшенные луга. Не лоси же своими копытами так повыбивали почву.

А река Тосна радует взгляд. Уютные луга, извилистое неширокое русло, стена леса на том берегу. Отдельные березки, темные елки и желтоватые сосны. Весенняя зелень. Цветочки – ландыши, лесные фиалки, купальницы. Наташа объясняет нам, какой цветок как называется, но это как-то не запоминается, и мы спустя час уже гадаем, как называется встретившийся цветок.

Путь дальше за железнодорожный мост.	Речка Солуя.	Река Тосна между ж./д. мостом и братской могилой.
Река Тосна между ж./д. мостом и братской могилой.	Река Тосна.	Вдоль реки Тосны.
Луга у реки Тосны.	Река Тосна между ж./д. мостом и братской могилой.	Впадение безымянного ручья в Тосну.

Братская могила

Наконец, мы выходим к братской могиле, расположенной на правом берегу. Мы знали про нее. Наши коллеги-туристы уже проходили здесь и оставили описание. Здесь очередной привал. Пока закипает вода в котелке, осматриваем окрестности. От братской могилы осталась только ржавая пирамидка с памятной надписью. Сами могилы разрыты. Вместо них зияют оплывшие ямы, наполненные водой. Хочется верить, что прах павших бойцов подняли и перезахоронили в более цивилизованном месте. За могилой в ствол старой березы вставлена фотография найденного здесь старшего сержанта Мишина Михаила Ивановича, погибшего здесь в 1942 году. Под фотографией табличка с подписью к фотографии: «Мишин Михаил Иванович. 1918-1942 г. 801-й артиллерийский полк 259 стрелковой дивизии. Волховский фронт». Чуть ниже «Степан, г. Ульяновск». Мы решили, что это имя нашедшего его поисковика. Над фотографией еще одна табличка. Она до половины вросла в дерево. На ней можно прочитать «Здесь погиб красноармеец Мишин М.И. найденный отрядом «КАМАЗ»».

У братской могилы на берегу Тосны.	Братская могила на правом берегу Тосны.	Фотография и таблички в дереве у братской могилы.

Привал закончен. По еле угадываемой дороге идем дальше вдоль Тосны. Лугов на пути больше нет. Дорога идет по лесу, иногда значительно удаляясь от Тосны. Идти по ней также сложно. Заболоченные участки чередуются с участками, заваленными и загнутыми кустами. Скоро поперек дороги начинают попадаться и упавшие деревья. Лес вдоль дороги из низкорослого чернолесья постепенно переходит в обычный для наших краев лиственный осино-березовый лес. Местами попадаются одиночные сосны и участки елей.

По одному из таких участков мы решаем обойти заваленную буреломом дорогу. Легко пройдя небольшой участок, мы тоже натыкаемся на лесной бурелом. Останавливаемся подождать отставших. Сидим на поваленном дереве десять минут, двадцать. Начинаем кричать и свистеть. Тишина. В конце-концов, решаем еще немного пройти вперед и дойти до пограничного камня - одной из узловых точек нашего путешествия. Мимо него отставшие не пройдут. Впереди в ста метрах за ним огромная ЛЭП. Выходим на дорогу и идем вперед. Немного не дойдя до камня, слышим голоса отставших. Они, пока мы шли ельником и потом сидели в их ожидании, прошли по дороге и обогнали нас! Видимо, дорога в том месте была не такая уж плохая, как нам показалось.

Рубежный камень

Мы стоим на правом берегу Тосны. В русле, у левого берега лежит огромный плоский камень. На нем выбит Российский крест и Шведская корона. Этот камень во времена Столбовского мира обозначал проходившую здесь границу между Россией и Швецией. До камня граница поднималась по реке Тосне, а за ним сворачивала на впадающий небольшой ручей и уходила на запад в сторону Ёглинского болота. Впервые мы нашли этот камень в 2004 году, в 2005 посетили еще раз. С тех пор не были. За прошедшие годы огромный вяз, что рос у самой воды на правом берегу, рухнул в реку. Вся местность около камня сразу потеряла бОльшую часть таинственности и очарования.

Чтобы попасть к камню, надо перейти речку. Осенью 2005 года воды здесь было совсем мало, и по лежащим в русле небольшим камням ее можно было перейти, не замочив ног. Сейчас весна, воды гораздо больше, дна не видно. Разведываем брод: все нормально, воды не выше колена, дно каменистое. Немного неудобно вылезать на правый берег, он глинистый и подмыт водой. Но и с этим справляемся.

Не обуваясь, проходим несколько метров по левому берегу и опять спускаемся в воды Тосны. На сей раз, чтобы добраться до самого камня. Между ним и берегом двухметровая протока. Слезть в воду легко, а вот выбираться на высокий глинистый берег будет уже гораздо сложнее.

Сфотографировались на камне, посмотрели исторические знаки и пошли одеваться-собираться. Пора трогаться путь. Уже вечереет, а нам еще идти и идти.

Рубежный камень в русле Тосны.	Переправа через Тосну у рубежного камня.

Урочище Верховье

Перейдя расположенную сразу за камнем огромную ЛЭП, мы по очередной заброшенной дороге идем теперь уже по левому берегу реки Тосны. Здесь опять начинаются заброшенные луга. Местами они заросли кустами, местами заболотились, колеи дороги нередко скрываются под водой, приходится обходить. Много поперечных мелиоративных канав - это осушали окрестные леса, расположенные между Тосной и Ёглинским болотом. В одном месте нашу дорогу пересекают следы еле заметной насыпи. Здесь когда-то проходила узкоколейка, по которой вывозили лес. На правом берегу Тосны напротив насыпи еще сохранились остатки деревянного моста, а на левом у воды лежат куски рельс.

Наконец, после очередной большой канавы мы поднимаемся на край большого поля. Это урочище Верховье, где до войны стояла одноименная деревня. Подходим ближе к месту, где когда-то стояли дома, и устраиваем привал.

От деревни остались только еле угадываемые следы фундаментов. Если бы мы пришли сюда на пару недель позже, то вообще все бы скрылось в высокой траве. А так еще пока можно хоть что-то разглядеть. Вот тут была центральная улица, вот тут стоял один из домов. Чуть дальше в траве находим странный камень. Судя по виду, это песчаник. Он плоского вида, а вся его верхняя сторона выщерблена продольными бороздами и желобами. Мы немного подивились на его странный вид и пошли дальше.

Дорога за южным концом урочища Верховье местами уже сильно заросла. Мне кажется, что в 2005 году, когда мы проходили тут последний раз, дорога была вполне чистая.

Без потерь перепрыгнув через Ёглинский ручей и пройдя еще немного, мы, наконец, вышли на старую насыпь бывшей железной дороги Чудово-Веймарн. Задерживаться здесь не стали. Быстро прошли к остаткам моста через Тосну и начали переправу.

Тосна вниз по течению от узкоколейного моста.	Урочище Верховье.	Урочище Верховье.
Река Тосна у урочища Верховье.	Переправа через ручей Еглинский.	Переправа через Тосну по бывшему мосту.

Ночевка

Благополучно перебравшись, мы прошли немного по насыпи и свернули на малозаметную дорогу, уходящую в урочище Глубочка. Еще через километр пути вышли к очень красивой речной излучине. Здесь и решили встать на ночевку. Место было просто изумительное! Луг, внизу течет речка. Рядом несколько кустов, к которым весенний паводок натащил сухих деревьев - они пошли на дрова. Потихоньку солнце стало садиться за лес. Комары, достававшие всю дорогу, куда-то исчезли. Из речной низины стал подниматься ночной туман. В соседних кустах завелся коростель. Теперь всю ночь он монотонно будет мешать нам спать. Гонять его бесполезно. При приближении человека он просто замолкает, а увидеть его в густых кустах невозможно.

Утро началось с того, что вставшее солнце стало все больше и больше нагревать палатку. Пора вылезать. Сегодня опять насыщенный день. Пройти нужно почти столько же, сколько и вчера. Правда, с дорогами тут немного получше.

На завтрак навариваем гречневой каши столько, что часть ее приходится брать с собой – на обед. Сворачиваем лагерь.

Река Тосна в урочище Глубочка.	Река Тосна в урочище Глубочка у места ночевки.	Перед выходом на маршрут.

Глубочка и Сунья

Время у нас ограничено, и осматривать само урочище Глубочка, заброшенное старое кладбище, остатки деревенских фундаментов нам уже некогда. Выходим. Слева от дороги недалеко от южного края урочища расположено разрытое немецкое кладбище. Рядом в высоких деревьях довольно обжитой лагерь поисковиков. Напротив за дорогой - ямы от немецких блиндажей.

Быстро доходим до края урочища и перебираемся через речку Глубочку. В русле лежит бетонная труба. Вода подмыла ее с двух сторон, и теперь она представляет собой скорее препятствие, чем переправу.

После речки Глубочки дорога подходит почти вплотную к Тосне и идет так довольно долго. Идти по ней легче, чем по дороге, по которой мы шли вчера. Однако и эта дорога периодически заболачивается и заваливается кустами. Потом дорога, срезая петли реки, уходит от нее, и там идти еще сложнее. Однако, не смотря на это, местами попадаются очень симпатичные сухие прибрежные полянки. На одной из них мы делаем привал. Немного отдохнули - и в путь. Поражает большое количество свежих звериных следов, отпечатавшихся на сырой глине дороги. Здесь и лосиные копыта, и кабаньи. Поверх них медвежьи лапы. Рядом совсем свежий непонятный для нас большой овальный след с когтями. А еще маленькие следы. Чего на этой дороге не видно, так это человеческих следов.

Еще полтора километра - и мы выходим на берег речки Сунья, правого притока реки Тосна. Речка эта внушает уважение. Сходу через нее не переправишься. Вброд идти глубоко, а поваленных деревьев не видно. Летом, когда вода спадет, ее, наверно, можно перепрыгнуть, ну а сейчас приходится наводить переправу.

Сунья позади. Дорога сразу выходит в прибрежные поля. Теперь до самой деревни Федосьино леса на нашем пути больше не будет. Дорога представляет собой засохшие тракторные колеи. И хотя в поле довольно сухо, колеи местами оказываются заполненными водой.

Речка Глубочка.	Река Тосна между речками Глубочка и Сунья.	Река Тосна между речками Глубочка и Сунья.
Переправа через речку Сунья.	Речка Сунья.	Река Тосна между речкой Сунья и дер. Гуммолово.

Деревня Гуммолово

За поворотом дороги вдали показалась деревня Гуммолово. Мы вышли к населенным местам. Дорога, правда, от этого лучше не стала. Совсем непонятно, как живут здесь люди. Дороги вдоль Тосны, идущие от ближайшего шоссе, совершенно не проезжаемы для обычного транспорта. Напротив деревни Федосьино стоят только УАЗики да «Нивы». В Федосьино нет автомобильного моста, и жители или дачники бросают машины на противоположном берегу и идут в деревню пешком по высокому подвесному пешеходному мостику. А деревня Гуммолово дальше. И в ней нет никакого мостика. Ни автомобильного, ни пешеходного. Только плот притулился к левому берегу да заметна вырубленная в крутом берегу лесенка, спускающаяся к нему.

А между тем деревня не выглядит заброшенной. Крайний дом поразил нас своей старой новгородской архитектурой, резными наличниками и ухоженным палисадником. Однако на доме замок. Скорее всего, в нем не живут, а только приезжают. Дальше еще дом. Он почернел от времени. На торцевой стене прибит ржавый почтовый ящик, а на лавочке под ним сидят последние жители (не дачники) этой деревни. Это Анна Ивановна – бывший местный почтальон, и ее зять Федор. Про них даже в далеком 2001 году писала петербургская газета «Час Пик». Как живут люди в этой деревне - неизвестно. Мне даже и не представить сразу, где здесь ближайший магазин и сколько до него километров. А врач, а пенсия? Чтобы выбраться в райцентр, нужно пройти километров восемь тракторных дорог, выйти на новое шоссе. Только это мало чем поможет. Транспорт по нему не ходит, а попутку можно ждать полдня. Остается идти по нему еще около четырех километров до шоссе Лисино-Корпус – Радофинниково и там ждать автобус. А он ходит всего пару раз в сутки и вполне может просто не прийти.

За деревней Гуммолово - короткий привал, и опять вперед. Дорога, по которой мы шли, вдруг резко повернула налево и ушла в воду Тосны. Перед нами автомобильный брод, единственный путь, которым на тракторе, наверное, можно приехать в деревню.

Уходим от брода вправо и попадаем опять на тракторную дорогу. Странно, но мы не заметили ее ответвление. Идем по ней вперед. Слева на левом берегу Тосны деревня Большое Васильевское. Издалека она выглядит вполне жилой. Один дом даже обнесен глухим, железным забором. Но, скорее всего, это тоже дачники. Зимой 2011 года дорога, идущая вдоль левого берега реки Тосны после деревни Гришкино, была вся завалена снегом. Поэтому мне кажется, что в окрестных деревнях не живут люди, а только приезжают на лето. Исключение - Анна Ивановна и Федор в деревне Гуммолово.

Крайний дом в деревне Гуммолово.	Жители деревни Гуммолово.	Закол в реке Тосне у деревни Гуммолово.
Камни на левом берегу Тосны ниже Гуммолово.	Автомобильный брод через Тосну.	Деревня Большое Васильевское.

Колокольня у деревни Федосьино

Впереди деревня Федосьино. Здесь уже ходят люди, играют дети. На противоположном берегу Тосны оставлены машины – три УАЗика и одна «Нива». На другом транспорте там не проехать.

За деревней показалась покосившаяся колокольня - последний объект на нашем маршруте. Подходим к ней. Вид удручающий. С каждым годом она кренится все больше и больше. Создается такое ощущение, что ее клонят порывы несуществующего ветра. Наверно пройдет несколько лет, и она окончательно рухнет. Рядом пара могил в оградке, еще несколько покосившихся крестов рядом. Два креста расположены совсем за ровиком, окружающим погост. Сейчас мало травы и хорошо виден фундамент от всей церкви. В книжках пишут, что здесь была церковь Параскевы Пятницы. Построили ее в 1904-1910 года, когда один из новгородских помещиков решил осчастливить крестьян, построив в деревнях несколько простых деревянных храмов. Закрыли ее в 1930-х годах. Сейчас трудно сказать, почему разобрали основное здание церкви и оставили колокольню.

Пешеходный мост через Тосну у деревни Федосьино.	Колокольня у деревни Федосьино.	Река Тосна у колокольни.

Последний участок пути

За погостом последний привал. Решаем, как идти дальше. В 2002 году дорога вдоль левого берега была просто в удручающем состоянии. Хаотичный набор тракторных колей в скользкой глине. Местами лужи от края и до края. Там, где она заходит в лес, ее перекрывали ветви кустов. Через Лизинский ручей переброшена только куча хвороста. По полевой дороге на правом берегу было бы идти проще. Но для этого надо переходить Тосну вброд, а здесь, несомненно, глубже, чем у рубежного камня. Решаем рискнуть и пойти старой дорогой.

Похоже, что в этом месте вдоль Тосны в последние годы из ближайшего леса возили лес. Дорога расчищена и местами проложена вновь. Это видно по тому, что более старая дорога проходила между Тосной и полузаброшенным деревенским кладбищем, которое находится в нескольких сотнях метров ниже по течению от колокольни. А новая дорога прошла этот участок в стороне лесом. Дальше дорога, конечно, не ахти. Лесовозка, все-таки. Но шлось по ней довольно быстро. Скоро на левом берегу показалась большая деревня Гришкино. Это последняя деревня в этих местах, к которой подходит нормальная дорога. За деревней бетонный мост через Тосну, к которому мы и стремимся.

Перешли по мосту Тосну, вышли на асфальт и через четыре километра оказались на станции Кастенская. Мы даже успели на предыдущий новгородский поезд, на котором нужно ехать с пересадкой в Новолисино. Но это мелочи. Главное - маршрут пройден.

Сергей Малахов. Июнь 2011 г.