Восток Ленинградской области. Опять Хазанович

 

Выезд как всегда отличался спонтанностью. Вообще то на все три дня я планировал посвятить себя Саблино. Но раздался звонок, и я укладываю рюкзак, собираясь через несколько часов отбыть в сторону Бокситогорска – на речку Рагушу.

Рагуша это восток, но нам приходится заехать в Саблино – надо выгрузить кое-какие вещи. Дальше через Графский мост, через Пустыньку на бывшую бетонку и по ней до Кировска. Уже в Саблино начал накрапывать дождь. Чем дальше мы едем, тем сильнее он льет. Воды на шоссе столько, что машина врезавшись в очередную лужу, плывет, разбрасывая веер брызг. Дворники с трудом успевают сгребать слой воды с лобового стекла. Небо черное. Нет ни малейшего просвета. Мрачная перспектива.

Примерно после Синявино мы все-таки обгоняем тучу. Небо затянуто облаками, но шоссе сухое.

Как обычно у моста через Волхов желающие закупают копченую рыбу и пиво. Заодно пополняем запас Колы. На ночевку хотим встать в лесу, не доезжая Новой Ладоги. Там у домика в виде мухомора начинается грунтовка. Если проехать по ней около шести километров, можно попасть на лесную дорогу, которая метров через сто пересекает ручей. Все условия хорошей стоянки налицо – подъезд для машины, дрова, вода, отсутствие местных, и сосновый лес. Но… Для этой стоянки нам еще нужна точка в которой бы работала трубка GSM. А она, увы, здесь работать не хочет. Возвращаемся. За окном мелькает красивый сосновый лес, а справа, в сумерках белой ночи, проглядывает болото, покрытое цветущей пушицей.

Делать нечего. Едем к Староладожским курганам. Там проверено – туба работает. Но место не аховое. Нет как природно-исторический памятник оно отличное, но уж больно посещаемое, да и шоссе рядом.

Вот и курганы. Со стороны Волхова дует ветерок, и в принципе насекомые не очень донимают. Ставим палатку по полной схеме – про дождь мы не забыли. Чтобы максимально усилить действие ветра на комаров, ужин организовали на вершине одного из курганов.

Извлечены бутерброды и рыба. Покатились со склона пивные пробки и зашипела в кружках Колла. Наслаждаемся. А на западе, над лесом, медленно, но уверенно вырастает черная туча. Не долго она догоняла нас. Еще полчаса и нам бы пришлось разворачиваться под дождем. Пора в палатку.

Первоначальное звуковое оформление решили создать комары. Они огромной толпой залезли под тент и принялись искать щелки для проникновения в саму палатку. Изнутри это звучало как непрерывный гул. Потом на тент упали первые капли дождя из догнавшей нас тучи. Потихоньку, с короткими перерывами, дождь начал набирать силу. Вот уже и неслышно комаров. Тент гудит под непрерывным, проливным дождем. Под его шум мы и задремали.

Поднялись на удивление рано. Дождь еще идет, но спать не хочется. Пока обсуждали наше кислое положение, дождь прекратился. Это радует. Вылезли на улицу и с удовлетворением отметили, что на небе проглядывают маленькие кусочки чистого неба. За время завтрака дырок в облаках стало больше и даже ненадолго стало проглядывать солнце.

Староладожское утро ознаменовалось еще одним забавным событием: В 8:45 со стороны шоссе, к курганам, подкатила старенькая «Ауди», из которой выгрузилась троица девиц разного возраста. «Ауди» укатила, а девицы стали ставить палатку. Поставив ее, они куда-то отлучились, а палатка, терзаемая сильным ветром начала понемногу смещаться в сторону Волхова. Плавать бы ей в голубых Ладожских водах, да хозяева успели ее поймать. Через полчаса «Ауди» прикатила опять, и выгрузила еще одну порцию этой компании.

А вообще весь юмор не в сдуваемой палатке, а во времени прибытия компании – 8:45. Как-то непонятно. На ночлег непохоже – уже утро, да и скачут они по курганам весьма резво. Если они приехали из Питера то, во сколько же они выехали? На первой электричке? А нафига? А если они местные то, что же им не спалось дома? И зачем палатка? Обычно в такое раннее время в местах культурного отдыха встречаешь разве что туристов терзаемых похмельем после вчерашнего возлияния на природе. Но чтоб люди устраивались на пикник в такую рань, я еще не видел.

На поле показалась еще одна машина. Правда она проехала мимо, но с нас хватит. Надо уматывать. Иначе растопчут. Место знатное, известное, вот и прут с 8-ми утра.

Держим курс на город Волхов. Надо подобрать с электрички еще одного члена нашей команды.

Приехали рановато, и после изучения расписания занялись осмотром местных достопримечательностей – расписания автобусов, паровоза, и вокзала отремонтированного в евростандартном стиле.

Электричка прибыла минута в минуту, что само по себе очень странно. Загрузились в машину и отправились опять в Старую Ладогу. На сей раз, мы хотим пусть и бегло, но осмотреть примечательные места.

Начали с крепости. У ее ворот появилась касса. Непонятно зачем. Вход в крепость свободный. Посмотрели на остатки башен, обошли вокруг Георгиевской церкви. Народу не очень много, но присутствует - как в виде экскурсий, так и в виде праздношатающихся. Спустились к подножию одной из башен. Ходы в ее стенах узкие и низкие. Непонятно как войны по тревоге пробегали по ним с полным вооружением. На потолке арочных ниш у бойниц растут сталагмиты. На земле лежат кучи г. источающие такой смрад, что вылетаешь пулей. В крепостной стене, в одной из арок сделана забутовка из… дров! Оригинально.

Сравнивая две крепости – Копорье и Староладожскую вырисовывается такая картина: В Копорье все дышит древностью и запустением, а Староладожская выглядит как игрушка – все подчищено и подреставрировано. В воротной башне кабак. Сразу видно – туристический объект. Мне не очень понравилось.

Дальше двинули к собору св. Иоанна. Он отреставрирован, покрашен, и очень здорово смотрится в лучах солнца на фоне черного неба. Но наша цель не он, а Староладожская пещера. Вход в нее забетонирован  - аля Помойка, но дверь отсутствует. Заходим внутрь. Грязно, мусорно и исписано. Прямо около входа начинается вода. За ней видны штреки, из которых торчат языки завалов. Не разбежишься. Один лишь Кэт невзирая на воду решил осмотреть возможно больше. Сначала он отправился направо, затем налево. Нашел какой-то шкурничек за которым, по его словам, есть комнатка. Все это время он пробирался по глиняным островкам и перешейкам. В один из прекрасных моментов я попросил его высунуться из-за колонны для того, чтобы запечатлеть на память. Но как видно момент был неудачен – Кэт побалансировал на скользкой глине и  обеими ногами, в кросовках, влетел в воду. Занавес. Правда в этом падении был свой плюс – в Танечкиной пещере Кэт шлепал по воде не переодевая кроссовок.

Последний пункт для осмотра  - Танечкина пещера. Цель осмотра – найти третий вход изнутри (снаружи мы тоже не знаем где он). Загрузились, идем по периметру. Вправо-влево, влево-вправо. Мимо мелькают колонны и штреки. Вообще для меня Танечкина запомнилась вот так: Вход-Прямо-Поворот-Поворот-Поворот…Привет Белый-Поворот-Поворот…Грязь-Поворот-Вода. Дальше мне ходу нет. Я в ботинках. Они хоть и держат энную глубину, но я не знаю какую, да и какая глубина ожидается, тоже неизвестно. В сапогах оно сподручнее.  Турист говорит – ты посиди, подожди нас, мы пройдем вперед и вернемся, постараемся найти третий вход. Не -  говорю - я лучше немного похожу и попытаюсь хоть что-нибудь посмотреть окромя поворотов. Напоследок пошлепав немного по воде, заглянул за колонну, за которой скрылись исследователи-поисковики. Ничего интересного, та же вода, те же колонны. Нечего ноги мочить.

Да, конечно Танечкин колонник отличается от Саблинского. Колонны как-то меньше и тоньше. Гораздо больше пустого пространства. Создается ощущение огромного, низкого зала с поддерживающей потолок колоннадой. Впрочем, это справедливо и для Староладожской. Только там потолок не плоский, а сводчатый – прямо как в старинных подвалах.

Выбравшись наверх, сразу поймал на себя огромную тучу комаров, которые прятались от солнца в тени входа. Быстренько слетев с откоса, отправился оценить второй вход – ничего, пролезть можно, хотя и ниже чем в первом. А вот третий вход мы так и не нашли – Турист снизу, а я прошелся по берегу Волхова. Хотя возможно, что я просто не дошел до него.

Пещеры – пещерами, но задерживаться нам не стоит. Еще ехать и ехать. Самый тяжелый участок пути на трассе - кусок между Колчаново и поворотом на Тихвин. Дорога извилистая, неровная, кругом лес и болота, населенных пунктов нет, где ты находишься и сколько еще ехать знаешь только приблизительно. После Тихвинского самолета дорога тоже не из лучших, но вокруг стоит сосновый бор и на душе становиться веселее.

Деревня со смешным названием Дыми. В ней поворот на Бокситогорск и сразу радостный знак – неровная дорога 10 км. (до Бокситогорска всего 12 км.). Причем дорога соответствует знаку – дыры, колдобины, трещины – все присутствует. Некоторые места приходится объезжать по обочине – она ровнее. Странно, как райцентр может обходиться такой дорогой. В сам город нам не надо, и проковыляв положенные 10 километров, после деревни Междуречье мы наконец-то вырвались на ровный асфальт. Вот теперь можно разогнаться.

Разогнались так, что чуть не пролетели песчаный карьер, справа от дороги. А если учесть, что после Елизаветино карьеры наша слабость, то мы непременно решили заглянуть.

Сам карьер ничего особенного не представляет. Видно, что он уже заброшен – на дальнем обрыве ласточки успели накопать себе гнезд. Дно и откосы местами поросли травой. Наибольшую красоту представляет собой холм-останец с леском на вершине. Зачем его оставили по центру карьера? Мне приходилось видеть подобное в Шапкинских карьерах, но там останцы несут на себе опоры ЛЭП. А что у нас здесь? Кэт проверил. Тоже столб ЛЭП, только лежит. Теперь все понятно. Правда за этим останцем возвышается еще один. На нем, на макушке, как шапка, лежит плюха торфа, а на ней растет ель. Неужели его оставили ради дерева? Но проверять некогда, надо ехать к Рагуше, а какие там дороги мы не знаем.

После деревни Колбеки асфальт опять начал исчезать. Народ ездит кто как. Кто по обочинам, кто по встречной, и только джипы несутся, невзирая на ямы. Мы так не можем, и поэтому, лавируя среди препятствий, еле тащимся.

Мимо проплывают деревеньки с изумительными названиями. Вообще топонимика этого района потрясает своей вычурностью – деревня Мозолево, деревня Пустая Глина, деревня Жилая Глина (нежилая), и апогей этого творчества – речка Дрочиловка!

Небольшой спуск под горку, и впереди виден мост через Рагушу. Заглядываем через перила – воды нет. Ставим машину и вперед…

Сначала наш путь лежит к месту, где вода уходит под землю. По словам Туриста, это недалеко. Сначала покинутое водой русло выглядит как заросший травой овраг с тропинкой посередине. Затем траву сменяет камень – обломки известняка. Потом начинают появляться небольшие песчаные пляжики. А через пару поворотов мы идем уже прямо по песку. На нем рябь оставшаяся от воды. Создается впечатление, что вода ушла совсем недавно. Местами чувствуется ее дыхание – воздух насыщен влажными испарениями. Видимо она струится совсем недалеко от поверхности.

Чем ближе к месту, где вода исчезает, тем больше начинает попадаться кусков известняка обточенных водой. В камнях промыты каналы и впадины. Некоторые камни имеют сквозные отверстия. Издали они очень похожи на куски костей. На песке заметны воронки – следы водоворотов.

Еще пару поворотов, и вдалеке зашумела вода. Справа, на берегу стоит каркас из жердей какого-то неизвестного сооружения. Очевидно место стоянки туристов. Прямо лежит небольшая впадинка заполненная водой. Вода в нее вливается и никуда не вытекает. Вот он край. Именно здесь вода уходит в подземные каналы и трещины. Пробирается по ним пару километров и снова выходит на поверхность.

Этот поглощающий понор выглядит очень необычно. Представьте себе речка, вода течет, журчит, перекатывается на прожках и вдруг тупик. Еще в пяти метрах от тупика видно течение, а у самого тупика стоячая вода. Самого понора невидно. Дно завалено камнями, и вода просачивается между ними. Рядом есть еще несколько маленьких поноров. В них видны даже небольшие водоворотики, но глобальных отверстий нет. То, что описал Хазанович – воронки в которые уходит вода - отсутствует. Возможно когда воды больше, она и находит другие поноры, которые похожи на описанные, но нам таких не удалось увидеть. В это время года, место исчезновения Рагуши выглядит как каменный фильтр, через который просачивается вода.

Поворачиваем назад. Хочется еще успеть посмотреть место, где вода снова выходит на поверхность. Идем к мосту. Очень забавные впечатления оттого, что ты идешь по дну речки, идешь по камням и песку которые должны быть скрыты водой. Будто невидимый гигант поднял всю воду, дав нам возможность насладится видами речного дна. Берега в этой части каньона покрыты деревьями и кустами по самое русло. Обнажений нет.

От моста, вниз по течению, первые пару сотен метров, русло заросло травой и крапивой. Видно, что вода здесь редкое явление – она появляется только весной. А вот дальше начинается каменная река. Все русло усеяно обломками известняка. Попадаются небольшие валуны, скатившиеся со склонов. Среди известковых обломков встречаются довольно большие кремневые включения. Попадаются и еще какие-то породы, но мы, в виду отсутствия геологических навыков, не можем их идентифицировать.

Борта каньона заросли лесом и практически невозможно снизу, с обсохшего дна реки, увидеть их гребень. Местами вода смыла каменные обломки и можно несколько десятков метров пройти прямо по плите. Известняк каменноугольных отложений сильно отличается от более привычного нам «бута» ордовикского периода. Он растрескан не только в горизонтальном направлении – по слоям, но и в поперечном. Поэтому при разрушении он не образует таких правильных плит как ордовик, и его обломки больше похожи на кирпичи. Больших глыб почти нет.

Поворот сменяется поворотом, а воды все нет. Турист говорит, что во время его посещения Рагуши, в августе 1987 года, вода начиналась гораздо раньше.

Подходим к маленькому водопаду без воды. Заглянув под нависающий карниз видно, что под слоем известняка лежит прослой глинистой породы. Вода вымыла эту породу и получилась подземная полость, в которую и рухнула кровля. Высота водопадика метра полтора, но весной, с водой, он, наверное, выглядит красиво.

Опять вперед, по камням. Ищем воду. Поперек реки лежит несколько зеленых деревьев. Видно, что из вертикального состояния в горизонтальное они перешли очень недавно. А вообще в русле почти нет плавника – так отдельные палочки и бревнышки. Одно из бревнышек, силой воды, втиснуто в щель между плитами на высоте около метра от дна - можно представить примерную высоту паводка.

То справа, то слева начинают появляться обнажения известняка. Сначала небольшие – метра полтора в высоту и десяток в длину. Прямо по верхней кромке обнажений растет лес, который по невидимым склонам уходит вверх, в небо.

Вдруг за очередным поворотом появилась вода. Это небольшой водоемчик со стоячей водой. В нем, радуясь привычной среде, резвиться всякая мелюзговая живность – мальки, головастики, жучки и т.п. Водоемчик это хоть и вода, но еще не речка. Идем дальше.

Справа и слева видны отверстия поноров, но они сухие, воды нет. По словам Туриста,  раньше, при его предыдущем посещении, из этих поноров струями била вода. Теперь же, она маленькими и большими ручейками вытекает прямо из трещин у подножия обнажений. Ручейков много. Они незаметно, на протяжении каких-то 20-30 метров превращаются в речку. Чтобы идти дальше надо скакать по камням или идти прямо по воде, а все в кроссовках. Поворачиваем назад. Время еще не позднее, но склоняется к вечеру. Надо найти место для ночевки, развернуться, поужинать, да и просто отдохнуть у костра.

Стоянку пришлось поискать. Вставать в лесу хоть и хорошо с точки зрения дров, но очень плохо из-за комарья. Наконец место найдено – край поля выходящий на дорогу, и отделенный от нее небольшими кустами. Решаем - все, хватит рыскать по окрестностям, становимся здесь. Чтобы не зависеть от воды, я с Кэтом отправился исследовать соседнюю деревню на предмет обнаружения колодца.

Деревня полужилая. Первые, от дороги, дома заброшены. Тропинка идет среди заросших огородов и заглохших садов. Впереди, в глубине деревушки начинают проглядывать обжитые дома. Нет только людей. Вернее они есть, но недоступны. Один дед сидит на веранде и пристально разглядывает нас через окно. На доме железная дверь. Решаем не тревожить. Идем дальше. Вдалеке, справа, раздаются голоса – это несколько человек ковыряются в своем огороде. Видим мы их из-за заборов и кустов. Как подойти – неизвестно, а кричать через пол деревни нет желания. Надеемся найти колодец самим. Так оно и получилось. За очередным домом, в овражке показался сарай, в глубине которого угадывался сруб колодца. Вода присутствует, есть и ведро. Заправляемся.

Теперь дело за дровами. Но с этим легче. Прямо на поле растет несколько деревьев, а под ними полно сушняка.

Пока проводились хозяйственные работы, стало смеркаться. Из окрестных лесов, на поля выполз туман. Стало заметно холоднее. Идя по полю заметно чередование теплых и холодных слоев воздуха. На траву легла серебристая роса. Бешенный коростель устроился в придорожной канаве и начал озвучивать вечернюю тишину. Костер догорает. Ужин съеден. Пора спать. Загружаясь в палатку, заметили, что все комары и гнус исчезли. Очевидно похолодание загнало их в укромные места. Всегда бы так.

Спали в приятной тишине и прохладе. Комары не гудели, да и коростель из канавы куда-то сбежал. Спать бы да спать. Но выглянуло солнце и в палатке стало нечем дышать. Выбравшись наружу, я с удивлением отметил, что Катерина тоже не спит. Оказалось, что в машине еще жарче, чем в палатке.

Пока обменивались мнениями, сзади, за кустами, по дороге пролетел КАМАЗ со щебенкой. За ним второй, третий… Странно, вроде выходной день. Пока сворачивались и готовили завтрак, КАМАЗы засновали в обе стороны. Блин, отдохнуть не дадут. Нашли время для работы. Хорошо хоть ночью не возили.

На сегодня намечено пройти по Рагуше дальше, чем мы прошли вчера. В идеале дойти до Воложбы. Народ одевает сапоги – местами пробираться предстоит по воде. Знакомым маршрутом идем до места, где Рагуша выходит на свет. В каньоне жарко – светит солнце, а ветерок его не продувает. На завтрак был немного пересоленный супчик, и всех мучает жажда. К тому же, после войны с комарами, все измазаны антикомариным карандашом «Autan», и теперь эта гадость стекает вместе с потом по лицу, попадает в рот и щиплет в глазах.

У первого ручья останавливаемся. Турист оценил вытекающую из недр воду и сказал – ничего, жестковата но пить можно. Пьем. Умываемся. Пока я жду своей очереди на доступ к воде, разглядываю камушки на предмет интересных находок. Внимание привлекает странный предмет -  черный, пластмассовый прямоугольник с прищепкой в виде буквы «U». Поднимаю. Смотрю. Даааааа… Вот это я не ожидал найти. Сувенирчик называется. Короче нашел я пульт от видика JVS. Каким ветром, вернее потоком, его сюда занесло? Вокруг стоят такие деревни, что трудно предположить в них наличие видеомагнитофонов. Прополоскал я его в воде – чистенький, нормальный. Сгодится ребенку в игрушки.

После помывки, Кэт занялся исследованием сухих поноров – отверстий в скалистых берегах. Уж и так он вкручивался в один, и так, и на правом боку, и на левом. В итоге загрузился весь. Только сапоги торчат. Вылез удрученный – дальше дырка сужается. Принялся штурмовать соседний. Та же история. Глубже полутора метров не влезешь.

Немного поразмыслив над подземной речкой, над породами, которые ее окружают, над обрывами и обнажениями, над сухими водопадиками и воронками-понорами, пришли к выводу – здесь теоретически невозможно подземное русло в виде тоннеля, в который можно залезть и исследовать. Окружающие породы очень трещиноваты и неустойчивы. Там где вода создает боле менее значительную подземную полость, происходит обрушение кровли. Очевидно она течет по многочисленным трещинам, трещинкам и небольшим полостям в недрах горы, как бы просачиваясь через нее.

Сухое русло кончилось, идем вдоль воды. Метров через сто видим впадающий в основное русло рукав, с достаточно мощным потоком. Поднимаемся по нему. Рукав кончается двумя понорами. Вода изливается из них мощными струями, но увы не бьет из борта каньона как хотелось бы. Она просто вытекает из дна и, перелившись через край, бежит по камням к Рагуше. Место это заросшее. Над головой смыкаются деревья, полностью закрывая нас от солнца. Чтобы хоть что-то увидеть в объектив фотоаппарата приходится ходить по берегам - выискивать точку - где и вид присутствует и хоть малая толика света имеется. В результате фотографии не очень. Но что поделаешь. Пока идешь по каньону обливаясь потом – солнце жарит во всю. Только достал фотоаппарат – солнца как не было. Закон подлости однако. Обидно, очень красивые места. А напоследок еще и пленка кончилась. Но это случилось позже, а пока обо всем по порядку.

Дальше, вниз по течению, река начинает петлять между скалистыми берегами, поочередно прижимаясь то к правому, то к левому склону. Местами встают из воды очень красивые обнажения. Из-за прижимов периодически приходится перепрыгивать речку по камням с одного берега на другой. Иногда речка разделяется на два рукава, и ты оказываешься на острове. В одном месте уже не пройти ни по воде, ни по камням, ни по другому берегу - обходим по прибрежным зарослям. Сколько мы уже прошли? Сколько осталось? Что нас ждет впереди?

А ждало нас вот что – огромный, почти вертикальный обрыв высотой в 16 метров с небольшим водопадом. Ради этого стоили ломать ноги по камням, продираться через заросли и брести по воде. Место потрясающее.

Сейчас вода изливается одним ручейком. Летит вниз, дробиться об небольшую осыпь и, пролетев еще метров шесть, с шумом падает в Рагушу. А ведь очень похоже, что по весне, во время снеготаянья, вода стекает по всему обрыву. Представляете себе водопад шириной метров в сто!

На верху, над обрывом лес. Что это? Уже край или очередной уступ? Где обещанные 80 метров? Хотя с водопадом Хазанович не обманул. Присутствует и весьма впечатляет. Именно в этом месте и кончилась пленка. Удалось сделать всего один кадр обрыва с водопадом, и, увы, он получился не из лучших. Да и широкоугольный объектив остался в машине – не ожидал я увидеть такую панораму. Как выразился Турист - это конечно хороший водопад, но в качестве рекламной картинки, побуждающей всех кинуться завтра же на Рагушу, вряд ли пойдет. 

Стоим, решаем, что делать. Как будем возвращаться? Есть два варианта: первый – идти обратно по руслу, а второй – выбраться наверх и пройти верхом. Вперед, по речке уже идти сложно. После этого обрыва она стала поуже, но и поглубже. По камешкам не попрыгаешь с берега на берег. По правобережным зарослям продираться тоже не хочется, а слева осыпь – отголосок обрыва. Тропинка, начавшись у воды, упорно ведет вверх по осыпи. Забираемся. За ней, после небольшой плоской терраски видим уже более серьезную -  каменную осыпь. Вперед! На штурм! Камни, слагающие осыпь, достаточно большие и угловатые – не выкатываются из-под ног. Вот уже и край. Опа! Оказывается это еще не верх. Впереди стоит скала сложенная из известковых плит. Тропинка упорно ведет к ней. Значит залезает народ. Карабкаемся. Хорошо хоть деревца и кусты попадаются – есть за,  что ухватится.  Правда непонятно как они растут из трещин в скале. Тут вроде и земли то нет. Один камень.

Выбравшись наверх, оказались на замечательной площадке – вид с нее изумительный. Крутим головами во все стороны и незнаем на чем остановить свой взор.

Впереди, на противоположном берегу каньона стеной стоит лес. Он выглядит как единое целое. Взгляд практически не отличает одно дерево от другого. Чуть правее, внизу, виднеется красноватое обнажение. Слева, каньон выписывает очередной изгиб речки. Где-то там, за лесом течет Воложба, до которой мы не дошли.

Жаль уходить отсюда, но надо. А мы ведь еще не на самом верху – сзади встает очередной вертикальный уступ с парой елок растущих среди камней. Штурмуем. Главная опасность в выветрившихся и растрескавшихся плитах известняка. Одно не осторожное движение, и камень на котором ты стоишь, вывалится из своего места в скале, и, набирая скорость, устремится вниз, к реке. Ну а ты естественно вместе с ним. Турист, первым выбравшись наверх, дает советы – куда ставить ногу, за что держаться и как отталкиваться.

 Забравшись наконец на самый верх, мы очутились во вполне обычном ельнике. Пройдя через него, попали на старую, заросшую дорогу. Посмотришь назад и не скажешь, что за спиной, в каких-то пятидесяти-ста метрах разверзается огромный каньон – вокруг лес и лес.

Для ориентира можно сказать что, идя по старой дороге (если удастся ее найти) нужно дойти до столба, на котором написана цифра 80. Запомнить легко – обещанная глубина каньона тоже 80 - только метров. Некоторую проблему может составить поиск самой дороги. По ней идет тропа и даже заметны канавы по бокам, но она заросла. И причем чем ближе подходишь к новой -  нормальной дороге, тем старая все больше исчезает – растворяется в лесу. Мы не стали ползать по кустам, а свернув в лес, прошли прямо через него. Да, кстати, на атласе ВСЕЙ Ленинградской области (масштаб 1 см. – 2 км.) указана именно эта, старая дорога. Причем на нем же указана и линия ЛЭП, от которой стоят столбы вдоль нее. А вот на атласе ВОСТОКА Ленобласти указана уже новая – спрямленная дорога, по которой сейчас все и передвигаются. Кстати, в этих же атласах указано еще несколько речек с исчезающими руслами в этом районе - например Черенка, недалеко которой мы ночевали.

Зачем я это рассказываю? А затем: Очень эффектно начать прогулку по Рагуше не с хождения по сухому руслу, а именно с этой скалы на которую мы выбрались. Представьте себе -  вы идете по обычному лесу, и вдруг перед вами разверзается пропасть. Несколько минут столбняка обеспечены.

Вот и пришло время прощаться с Рагушей. Загрузились в машину. Выгнали из нее немереное количество слепней, которые решили переселится поближе к Питеру, и двинулись, кинув прощальный взгляд с моста на каньон, в сторону дома.

Первая остановка в Мозолеве, около деревенского магазина. Заходим. Ничего интересного и нужного нам нет. Да и очередь – человек пять, а в деревенских магазинах это на пол часа. Едем дальше. Второй магазин в этой же деревне просто-напросто закрыт. Придется терпеть. За очередным поворотом показалась следующая деревня – Колбеки. В ней тоже магазин. И он даже открыт. В одной из двух его дверей стоит скучающая продавщица, а в другой привязана собака. Очевидно для рекламы. Здорово смотрится – облаивающая всех мимо проходящих собака, и скучающая продавщица, недоумевающая, почему же народ обходит магазин стороной.

Заходим внутрь. Пусто. Нет, конечно, там что-то продается, но того чего нам надо нет. С горя купили какой-то Псковской минеральной воды соленого вкуса и пару бутылок лимонада - «Запах барбариса» - made in Pskov. Интересно. Никогда не думал, что Псков ближе к Бокситогорску чем Питер или хотя бы Новгород. Воистину рыночные пути неисповедимы.

Вышли на улицу, и начали издали рассматривать собачку на предмет ее пригодности на роль виновницы всех будущих бед в этой поездке. Я говорю – шелудивая она какая то. Продавщица за нашей спиной (она уже выбралась из-за прилавка и опять заняла позицию в дверях) поддакивает -  во-во – говорит – шумливая. Чуть не прыснув со смеху, пошли к машине. Следующий пункт назначения – Бокситогорск.

Приехали. Пытаемся найти магазины. Первым попался на глаза продуктовый. Заходим, затариваемся. При обсуждении колбасных вариантов решаем – колбасу большого диаметра отклонить! Научены уже. Котловская «Стандартная» до сих пор у всех изжогу вызывает. Интересуемся на тему фотопленки. Нас радуют – у них все промтоварные магазины сегодня работают до трех. На часах четвертый час. Облом. Решаем рискнуть и все-таки посетить один. Как ни странно он работает, и закрываться не собирается. Хоть тут повезло.

Теперь нас ждут бокситы. Точнее не бокситы, а карьер где их добывали. Посмотрев по карте, выбрали карьер у станции подъездной ветки – Рудник №3. Дорога к нему радует своей раздолбанностью. Хотя местами на ней встречаются куски булыжной мостовой. Откуда они? Судя по всем сведениям, месторождения бокситов открыли и начали разрабатывать уже при советской власти. И как-то не верится, что первые рабочие стали прокладывать к своему первому карьеру мощеную дорогу. Не то время было. Тогда хоть в карманах по болоту руду таскай, но первую тонну на гора дай. Иначе расстреляют как врага народа.

Впереди развилка, а за ней виднеется деревушка. Вылезли из машины и спросили – а где карьеры? Да здесь они – отвечают – и прямо за деревней карьер, и налево по дороге. На том, что слева – говорят - купаться лучше. Мы не купаться собрались и поэтому идем прямо. В деревне уточняем – как пройти к карьеру и вообще как ваша деревня называется? Деревня наша – Третий рудник называется, а к карьеру за деревней тропа идет – отвечает тетушка, загорающая посреди дороги в стоячем положении. Спасибо – говорим – разберемся.

Разобрались. Прямо за деревней, пара дорог от основной влево отходят. Отходит и одна тропа, сильно смахивающая на старую заросшую дорогу. Раз говорят по тропе, значит идем по тропе. Идем, идем. Лес вокруг. Комарье пристает. Долго ли, коротко ли шли но, наконец, увидели еще одну тропу, которая круто отходила от нашей и влезала на небольшой бугорок. Свернули. Перелезли через холмик, а это оказывается вовсе и не холмик, а отвал, и вообще мы по тропе уже пол карьера вдоль прошли. Его из-за леса и кустов невидно, а мы все чешем вперед надеясь в него уткнуться, как местные говорили. Может конечно мы в итоге и уткнулись бы в него, только неизвестно через сколько километров.

Сам карьер не очень впечатлил. Озеро и все. Очень необычен цвет воды – зеленоватый. Берега поросли лесом. Народ ловит рыбу. Среди прибрежных деревьев местами проглядывают красные пятна бокситов. Единственная прелесть – коса, красным языком вдающаяся в воду.

Надо перекусить. Местная, летучая кровососущая живность тоже перекусывает – только нами. Здесь, среди деревьев, у воды, не посидишь – сожрут. Решаем попробовать пробраться на косу. Там леса нет, только несколько кустиков. Может на ней удастся хоть полчаса спокойно посидеть, пожевать.

Огибаем по берегу часть карьера, пробираемся через холмы отвалов. Все поросло кустами, деревьями и крапивой. Наконец спустившись с очередного холма, попадаем на косу. Выглядит она примечательно – зеленый и красный – это ее цвета.

Зеленый – это трава, которая островками покрывает красный глинозем, из которого сложена коса. С трех сторон вода. Почему она зеленая, нам определить не удалось. Но на первый взгляд кажется, что цвет зависит все-таки от химического состава.

Обратно решаем возвращаться другой дорогой. Идем по косе. Оказывается озеро, на котором мы сидели, не единственное. Карьер гораздо больше. Он весь разбит холмами и грядами отвалов на несколько участков. Некоторые из них заполнены водой и выглядят как озера, а некоторые плюс к воде еще и заросли кустами, и выглядят как болота. Хорошо, что мы вышли на озеро, а то при выходе на болото было бы полное разочарование в Бокситогорских карьерах.

Как оказалось, дорога, начинающаяся за деревней, конечно, тоже ведет на карьер. Причем ведет на его начало, и все местные ходят по ней. Но на то мы и пионеры-первопроходцы, чтоб не искать легких путей. Я думаю если б мы вышли по дороге на край карьера, то ограничились бы осмотром озерца слева и болота справа. Вперед, по холмам-отвалам и жердочкам-мостам через протоки, мы бы не стали пробираться к косе и большому озеру. Да и откуда бы мы узнали, что это все там есть.